Отмена обеспечительных мер в исполнительном производстве в 2020 году

Самое важное в статье: "Отмена обеспечительных мер в исполнительном производстве в 2020 году". Актуальность информации вы всегда можете проверить, задав вопрос дежурному специалисту.

Закон об исполнительном производстве — изменения 101 статьи 2020 год

По закону судебные приставы имеют право списывать с должника не все его доходы. Ряд доходов, например, пенсия по потере кормильца, защищены от взыскания, однако на практике такой «иммунитет» далеко не всегда спасает должника от ареста счета или неправомерного взыскания. Это связано с особенностью банковской системы. В феврале 2019 года в Закон «Об исполнительном производстве» были внесены изменения, которые направлены на решение этой проблемы.

Расскажем, какие доходы граждан не могут быть взысканы в счёт долга, как того требует статья 101 ФЗ «Об исполнительном производстве» 229-ФЗ (с изменениями на 2019-2020 год), и что изменили поправки в закон.

Статья 101. Виды доходов, на которые не может быть обращено взыскание

1. Взыскание не может быть обращено на следующие виды доходов:

1) денежные суммы, выплачиваемые в возмещение вреда, причиненного здоровью;

2) денежные суммы, выплачиваемые в возмещение вреда в связи со смертью кормильца;

3) денежные суммы, выплачиваемые лицам, получившим увечья (ранения, травмы, контузии) при исполнении ими служебных обязанностей, и членам их семей в случае гибели (смерти) указанных лиц;

4) компенсационные выплаты за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов гражданам, пострадавшим в результате радиационных или техногенных катастроф;

5) компенсационные выплаты за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов гражданам в связи с уходом за нетрудоспособными гражданами;

6) ежемесячные денежные выплаты и (или) ежегодные денежные выплаты, начисляемые в соответствии с законодательством Российской Федерации отдельным категориям граждан (компенсация проезда, приобретения лекарств и другое);

7) денежные суммы, выплачиваемые в качестве алиментов, а также суммы, выплачиваемые на содержание несовершеннолетних детей в период розыска их родителей;

8) компенсационные выплаты, установленные законодательством Российской Федерации о труде:

а) в связи со служебной командировкой, с переводом, приемом или направлением на работу в другую местность;

б) в связи с изнашиванием инструмента, принадлежащего работнику;

в) денежные суммы, выплачиваемые организацией в связи с рождением ребенка, со смертью родных, с регистрацией брака;

9) страховое обеспечение по обязательному социальному страхованию, за исключением страховой пенсии по старости, страховой пенсии по инвалидности (с учетом фиксированной выплаты к страховой пенсии, повышений фиксированной выплаты к страховой пенсии), а также накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты и пособия по временной нетрудоспособности;

10) пенсии по случаю потери кормильца, выплачиваемые за счет средств федерального бюджета;

11) выплаты к пенсиям по случаю потери кормильца за счет средств бюджетов субъектов Российской Федерации;

12) пособия гражданам, имеющим детей, выплачиваемые за счет средств федерального бюджета, государственных внебюджетных фондов, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов;

13) средства материнского (семейного) капитала, предусмотренные Федеральным законом от 29 декабря 2006 года N 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей»;

14) суммы единовременной материальной помощи, выплачиваемой за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов, внебюджетных фондов, за счет средств иностранных государств, российских, иностранных и межгосударственных организаций, иных источников:

а) в связи со стихийным бедствием или другими чрезвычайными обстоятельствами;

б) в связи с террористическим актом;

в) в связи со смертью члена семьи;

г) в виде гуманитарной помощи;

д) за оказание содействия в выявлении, предупреждении, пресечении и раскрытии террористических актов, иных преступлений;

15) суммы полной или частичной компенсации стоимости путевок, за исключением туристических, выплачиваемой работодателями своим работникам и (или) членам их семей, инвалидам, не работающим в данной организации, в находящиеся на территории Российской Федерации санаторно-курортные и оздоровительные учреждения, а также суммы полной или частичной компенсации стоимости путевок для детей, не достигших возраста шестнадцати лет, в находящиеся на территории Российской Федерации санаторно-курортные и оздоровительные учреждения;

16) суммы компенсации стоимости проезда к месту лечения и обратно (в том числе сопровождающего лица), если такая компенсация предусмотрена федеральным законом;

17) социальное пособие на погребение.

2. По алиментным обязательствам в отношении несовершеннолетних детей, а также по обязательствам о возмещении вреда в связи со смертью кормильца ограничения по обращению взыскания, установленные пунктами 1 и 4 части 1 настоящей статьи, не применяются.

Статья 101 в 2019 году была дополнена ещё денежными выплатами гражданам, пострадавшим в чрезвычайных ситуациях. Изменения вступят в силу с июня 2020 года.

Закон о запрете списания соцвыплат не работал

Несмотря на то, что закон уже много лет гарантирует неприкосновенность выплат, которые перечислены в ст.101 ФЗ-229 «Об исполнительном производстве», в 2019 году, по факту, требования работали не всегда. Причина крылась в механизме списания. Приставы не видели назначения платежа. Поэтому, когда на счёт должника поступали денежные средства, как правило, они списывались вне зависимости от своего назначения. Такая ситуация часто оставляла должника без средств к существованию, пока он занимался оспариванием неправомерного списания. Приставы списанные по ошибке деньги возвращали, но на это требовалось время. Должнику необходимо было взять справку о назначении платежа, предоставить её приставам. В течение некоторого времени деньги возвращались на счёт. Однако такой принцип работы был крайне неудобным.

С июня 2020 года должно всё измениться. Банки будут маркировать социальные выплаты, которые не подлежат списанию в счёт долгов, специальным кодом. Этот код должен установить Банк России. Однако введением кода изменения не ограничатся.

Чтобы не допускать списания социальных выплат в счёт долгов, определённые действия потребуются и от самого должника, и от приставов, и от банка. Должник по возможности заранее предоставляет приставам справки о том, что он ожидает поступления тех или иных социальных выплат. Пристав отслеживает назначение платежей, которые поступают на счёт должника. Параллельно и банк при исполнении требований, которые указаны в исполнительном листе, учитывает нормы статьи 101 ФЗ «Об исполнительном производстве». Такая многоуровневая система контроля за назначением поступающих денежных средств на счёт должна сделать невозможным арест социальных выплат приставами, которые сегодня имеют массовый характер.

Списание пенсий в счёт долгов

Особое внимание необходимо уделить порядку списания долгов из пенсий. Арест пенсии судебными приставами в 2019 году по закону возможен. Исключение составляет только пенсия по потери кормильца. Однако не вся пенсия может быть списана в счёт долга. Чтобы человек не остался без средств к существованию, установлены определённые ограничения.

Полностью арестовывать пенсионный счёт запрещено. Но в счёт долга могут списать до 50% пенсии, как указано в статье 99 Федерального закона «Об исполнительном производстве». Но такое применимо только к гражданам с высокими пенсиями. После списания на счету человека должна оставаться сумма, которая не должна быть меньше, чем прожиточный минимум. Таким образом, если пенсия не выше прожиточного минимума, то и арестовать её невозможно.

На практике же встречается и арест пенсии по потере кормильца судебными приставами, и списание суммы в большем объёме, чем это разрешено законом. Если в первом случае достаточно представить справку из Пенсионного фонда о назначения платежа, то во втором случае пенсионерам приходится идти в суд. Если, например, арест пенсии по инвалидности приводит к тому, что на жизнь человеку остаётся сумма меньше прожиточного минимума, то необходимо обращаться в суд с исковым заявлением о снижении размера удержания.

Читайте так же:  Проверить квартиру по кадастровому номеру мурманской области в 2020 году

На сегодня для граждан есть способ избежать списания долгов из пенсии. Необходимо только изменить порядок её выдачи. Выбрать получение в почтовом отделении на руки. Конечно, это не избавит от необходимости выплаты самого долга, однако автоматическое списание сумм из пенсии прекратится. Изменения 2020 года существенно улучшат положение должника.

Соразмерность суммы долга взыскиваемому имуществу

У ИП 75 тыс. руб. кредитных долгов. Наложен арест на 1/2 долю в двухкомнатной квартире и 14 долю в жилом доме, расположенном на земельном участке. Старший судебный пристав уверяет, что изымать ничего из этого не будут, так как стоимость несоразмерна сумме долга. Вношу ежемесячные платежи, приставы изъяли бытовую технику в счет долга. Но с недавнего времени взыскатель начал настаивать на изъятии одной из долей. Жилье у меня не единственное, они могут изъять часть. Могу ли я оспорить их действия в связи с несоразмерностью долга и с тем, что я вношу периодические платежи?

Согласно ч. 1 ст. 68 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве) мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу.

В силу ч. 2 ст. 68 Закона об исполнительном производстве меры принудительного исполнения применяются судебным приставом-исполнителем после возбуждения исполнительного производства. Если в соответствии с указанным законом устанавливается срок для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, то меры принудительного исполнения применяются после истечения такого срока.

Согласно п. 5 ч. 3 ст. 68 Закона об исполнительном производстве мерой принудительного исполнения является наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 Закона об исполнительном производстве взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства в рублях и иностранной валюте, обращается в размере задолженности, т.е. в размере, необходимом для исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, с учетом взыскания расходов по совершению исполнительных действий и исполнительского сбора, наложенного судебным приставом-исполнителем в процессе исполнения исполнительного документа.

Согласно п. 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» судебный пристав-исполнитель обязан руководствоваться ч. 2 ст. 69 Закона об исполнительном производстве, допускающей обращение взыскания на имущество в размере задолженности, т.е. арест имущества должника по общему правилу должен быть соразмерен объему требований взыскателя.

Таким образом, и закон, и судебная практика, обобщенная Пленумом Верховного Суда РФ, придерживаются соразмерности обеспечительных мер. А поскольку «соразмерность» – понятие оценочное, то у пристава, взыскателя и должника могут быть разные представления о соразмерности стоимости имущества взыскиваемым суммам. Точку может поставить только суд.

Должник вправе в 10-дневный срок обжаловать действия и решения судебного пристава-исполнителя как об обращении взыскания на имущество должника, так и об аресте или о реализации имущества должника в следующем порядке: сначала жалоба подается старшему приставу отдела судебных приставов, затем – Главному приставу субъекта РФ, а потом – Главному приставу РФ (ст. 121–127 Закона об исполнительном производстве). Либо пойти по линии судебного оспаривания вышеуказанных действий и решений судебного пристава-исполнителя (ст. 128 Закона об исполнительном производстве).

Обеспечительные меры – залог успеха в исполнительном производстве

Низкая результативность исполнительного производства обычно объясняется пассивностью судебных приставов-исполнителей. Однако реальный шанс взыскать долг по исполнительному листу гораздо выше, нежели это принято считать. Успех в такой ситуации зависит как от умения приставов пользоваться правовым инструментарием, так и от заинтересованности самих взыскателей. Об этом в своей авторской колонке рассказывает Максим Петров, руководитель аналитического отдела Бюро ПП «Фрейтак и Сыновья».

По общему мнению, последние пять лет наблюдается рост количества исков, вытекающих из деятельности судебных приставов-исполнителей. Недовольство взыскателей вызвано бездействием приставов, которые не принимают меры по определению места нахождения должника и его имущества, не проверяют движение денежных средств по счетам, не направляют запросы в налоговые органы, ГИБДД, БТИ, не арестовывают имущество и деньги должника, не вызывают директора должника для дачи объяснений, в том числе для представления информации и документации, и т. п. Нередко споры связаны с ненадлежащими или несвоевременными действиями, которые привели к утрате имущества (в частности, такими действиями является продажа изъятого имущества по ценам, значительно заниженным относительно рыночных, нарушение сроков исполнительного производства, осуществление исполнительных действий после приостановления исполнительного производств и др.).

Надо признать, что процент взысканий с ФССП небольшой и обусловлен различными факторами:

1. Плохо проработанная позиция самого взыскателя

Часто истцы выбирают неправильный способ защиты: предъявляют иск не к ФССП, а непосредственно к судебному приставу; допускают ошибки правового характера при составлении исковых заявлений, не зная особенностей процесса по подобного рода делам, в связи с чем не предоставляют в достаточном объёме необходимые для установления всех фактических обстоятельств доказательства. Например, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа отказался взыскивать убытки в виде неполученной арендной платы за несвоевременную передачу приставом помещения истцу, так как заявитель не представил доказательств принятия мер или приготовления для передачи в аренду спорного помещения (дело № А75-10949/2017). Истец по делу № А50-13947/2017 не представил суду доказательств того, что по заключённому им с должником договору поставки было поставлено именно то оборудование, которое указано в заявлениях взыскателя, поступивших в службу судебных приставов. Кроме того, заявитель не доказал, что данное оборудование было поставлено должнику по адресу, указанному в этих заявлениях, отметил суд.

2. Злоупотребление правом на обращение в суд со стороны истца

Читайте так же:  Пилотный проект фсс перерасчет продолжения больничного листа в 2020 году

Представляется обоснованным отказ взыскать убытки с ФССП в случае злоупотребления истцом правом на обращение в суд. Например, когда истец предъявляет к службе иск об убытках, причиненных уплатой им неустойки, предусмотренной договором купли-продажи в случае срыва сделки, притом что истец заведомо знал о наложении на его имущество ареста (Дело № А40-80796/2011, дело № А50-13947/2017).

3. Неединообразная практика в части оценки судами действий судебных приставов-исполнителей

Конечно, определенной помехой в работе судебных приставов является отсутствие единообразия в оценке их действий со стороны судов. Так, по мнению Экономколлегии Верховного суда, взыскателю следует дождаться окончания исполнительного производства и исчерпать иные средства для удовлетворения своих требований к должнику (Определение ВС 15 февраля 2017 года по делу № А40-119490/2015). В то же время Судебная коллегия ВС по гражданским делам заняла другую позицию, разъяснив, что само по себе продолжение исполнительного производства не препятствует возместить убытки, причиненные взыскателю бездействием судебного пристава-исполнителя. Суду следует установить, имеется ли иное имущество, обращение взыскания на которое позволило бы в разумный срок удовлетворить требования взыскателя (Определение ВС от 24 января 2017 года № 53-КГ16-30).

Не всегда применяются единообразные подходы при рассмотрении исков, вытекающих из деятельности приставов, с аналогичными обстоятельствами. Например, в Определении от 12 апреля 2017 года по делу № А51-18983/2016 Арбитражный суд Приморского края возвратил без рассмотрения исковое заявление в связи с несоблюдением претензионного порядка истцом. Между тем Арбитражный суд Дальневосточного округа в Постановлении от 23 января 2018 года по делу № А59-3938/2016 отклонил довод заявителя кассационной жалобы о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора. Окружной суд сослался на отсутствие в ФЗ «Об исполнительном производстве» указания на обязанность соблюдения такого порядка по делам, вытекающим из административных и иных публичных отношений.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

В решении от 10 октября 2017 года по делу № А07-8818/2017 Арбитражный суд Республики Башкортостан не нашёл правового основания для взыскания с ФССП в пользу истца процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму денег, находящихся на депозите службы судебных приставов. В то же время 10-й ААС в Постановлении от 19 декабря 2017 года по делу № А41-29511/2017 оценил проценты по ст. 395 ГК как минимальный размер причиненных незаконным бездействием службы судебных приставов убытков.

4. Непринятие судами обеспечительных мер на стадии рассмотрения дела

Обеспечительные меры допускаются на любой стадии процесса, если их непринятие может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта. Однако стандарт доказывания необходимости принятия обеспечительных мер на стадии рассмотрения дела судом настолько высок, а отношение судов настолько осторожное, что ходатайства о принятии обеспечительных мер удовлетворяются судами крайне редко. В то же время исполнительное производство также является неотъемлемой стадией процесса, а его содержание на 90% состоит в применении обеспечительных мер. Проблема в том, что из-за непринятия мер судами к моменту исполнения судебного акта имущество либо искомое status quo могут быть безвозвратно утрачены.

Всё это не способствует повышению эффективности работы ФССП, поскольку дезориентирует как суды и сотрудников системы исполнительного производства, так и лиц, участвующих в деле.

1. Наиболее важное разъяснение Пленума ВС содержится в п. 42. В этой норме сказано, что перечень исполнительных действий, приведенный в ч. 1 ст. 64 Закона об исполнительном производстве, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов, если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства, не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц. В качестве примера ВС приводит установление запрета на распоряжение принадлежащим должнику имуществом (в том числе запрета на совершение в отношении него регистрационных действий).

Таким образом, ВС высказал четкую позицию относительного того, что названный Законом об исполнительном производстве перечень мер, которые судебные приставы используют в своей практике: наложение ареста на имущество, в том числе денежные средства и ценные бумаги, изъятие указанного имущества, передача арестованного и изъятое имущества на хранение, не является исчерпывающим. То есть приставы не ограничены этим списком в средствах достижения цели.

По сути, приставам предоставлена возможность использовать всю наработанную практику судов по принятию обеспечительных мер, открытый перечень которых предусмотрен ст. 91 АПК. Причём по аналогии с судебным процессом судебный пристав-исполнитель вправе применять меры принудительного исполнения без предварительного уведомления об этом лиц, участвующих в исполнительном производстве (п. 2 ст. 24 ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Такие прецеденты уже появляются. Например, Арбитражный суд Московского округа не поддержал довод должника о том, что действия по наложению ареста на доменные имена противоречат требованиям законодательства об исполнительном производстве. Суд сказал, что судебный пристав-исполнитель вправе применять иные меры, обеспечивающие исполнение судебного решения (Постановление от 12 июля 2017 года № Ф05-9425/2017 по делу № А41-70934/2016).

На практике встречаются такие обеспечительные меры, как арест на дебиторскую задолженность ответчика, арест на денежные средства и имущество ответчику, находящееся у других лиц, арест на денежные средства, которые будут поступать на банковские счета ответчика, установление запрета ИФНС на внесение в ЕГРЮЛ записи о ликвидации ответчика, запретить ответчику производить полное и (или) частичное ограничение электрической энергии в отношении объектов потребителя, и пр.

Случаи применения приставами «нестандартного» инструментария уже поддержаны ВС: в деле обжаловались действия судебных приставов, которые в рамках исполнительных действий заявили самостоятельные иски о признании договоров купли-продажи недействительными. ВС сделал вывод, что судебный пристав-исполнитель наряду с кредитором должника имеет охраняемый законом интерес в признании данных сделок недействительными, поскольку он в силу закона обязан совершить действия, направленные на принуждение должника исполнить судебный акт, защитивший права кредитора должника (Определение от 18 апреля 2017 года № 77-КГ17-7).

В таком концепте не выглядит фантастикой привлечение приставами к субсидиарной ответственности конечных бенефициаров должника.

2. Предусмотренная законом возможность предъявления ФССП регрессных исков к служащим, виновным в причинении вреда взыскателям, активно применяется на практике. В п. 87 Постановления Пленума ВС № 50 отмечено, что по смыслу ст. 1081 ГК Российская Федерация в порядке регресса вправе взыскать сумму возмещенного вреда с лица, виновного в его причинении. Не так давно ВС поддержал указанную позицию в Определении от 17 мая 2016 года № 78-КГ16-5, отметив, что ФССП РФ может предъявить регрессный иск к судебным приставам, на исполнении которых находилось исполнительное производство, если из-за действий исполнителей с федеральной службы были взысканы убытки.

Расширение подобной практики приведёт к повышению активности и внимательности сотрудников службы и, как следствие, к уменьшению количества исков к Службе о возмещении вреда. Помимо сказанного, стимулировать приставов к лучшей работе также могла бы активная позиция ФССП по привлечению своих сотрудников к персональной ответственности.

Читайте так же:  Порядок сноса самовольных построек органами местного самоуправления в 2020 году

3. В Постановление Пленума № 50 включена специальная глава, где даются важные разъяснения по различным аспектам возмещения вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.

Подводя итог сказанному, надо отметить, что закон наделяет судебных приставов-исполнителей достаточно широкими полномочиями, которыми нужно научиться пользоваться, не выходя за их пределы: как самим сотрудникам ФССП России, так и взыскателям. Также взыскателям нужно смотреть на исполнительное производство как на стадию судебного процесса, заслуживающую не меньшего внимания, чем рассмотрение дела судом по существу, занимать проактивную позицию и не подвергать сомнению свою добросовестность.

Отмена обеспечения иска

Статью подготовил ведущий корпоративный юрист Шаталов Станислав Карлович. Связаться с автором

Вернуться назад на Обеспечение иска

Обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Вопрос об отмене обеспечения иска разрешается в судебном заседании. Лица, участвующие в деле, извещаются о времени и месте судебного заседания, однако их неявка не является препятствием к рассмотрению вопроса об отмене обеспечения иска.

В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Об отмене мер по обеспечению иска судья или суд незамедлительно сообщает в соответствующие государственные органы или органы местного самоуправления, регистрирующие имущество или права на него, их ограничения (обременения), переход и прекращение.

Отмена обеспечения иска, как и ранее, в соответствии с положениями ГПК РСФСР, осуществляется в судебном заседании. Инициатором отмены могут быть не только лица, участвующие в деле, но и суд. Отмена обеспечения иска может иметь место в случае разрешения спора, отказа истца от иска, признания ответчиком исковых требований и по другим причинам. Приостановление производства не влечет обязанности суда отменить обеспечительные меры.

Отмена обеспечительных мер может быть совершена до принятия решения. Суд может решить вопрос об отмене обеспечительных мер при принятии решения, но при этом должно быть вынесено отдельное определение об отмене обеспечительных мер. В том случае, если суд не решил вопрос об отмене обеспечительных мер, при вступлении в законную силу решения суда об отказе в иске эти меры должны быть отменены.

Отмена указанных мер может быть осуществлена также после исполнения решения суда об удовлетворении иска. ГПК РФ не предусматривает исключений в порядке отмены обеспечительных мер даже в указанных случаях. Отмена мер об обеспечении иска осуществляется в результате проведения судебного заседания, по окончании которого выносится определение об отмене обеспечительных мер.

В случаях, предусмотренных ч. 3 комментируемой статьи, нет необходимости в проведении специального судебного заседания по вопросу отмены обеспечительных мер, т.к. они подлежат отмене в силу указания закона.

Об отмене обеспечительных мер суд должен в тот же день уведомить регистрирующие органы, а именно: органы по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, органы по регистрации автотранспортных средств и др.

Обеспечительные меры являются действенным средством защиты прав интересов лиц, участвующих в деле, прежде всего истца. Своевременная отмена обеспечения иска в не меньшей степени способствует защите прав и интересов лиц, участвующих в деле. Учитывая неурегулированность процессуальным законодательством некоторых вопросов отмены мер по обеспечению иска и анализируя конкретное гражданское дело, автор предлагает дополнить ГПК РФ указанием на право суда-правопреемника, в который передано дело, отменять обеспечительные меры, принятые судом-правопредшественником.

Действующее процессуальное законодательство устанавливает возможность принятия обеспечительных мер, направленных на гарантирование реального исполнения будущего судебного решения. Заинтересованное в принятии мер по обеспечению иска лицо подает в суд заявление, в котором указывает на обстоятельства, свидетельствующие о том, что непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда. Согласно ст. 141 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК) судья в тот же день без извещения ответчика и других лиц, участвующих в деле, рассматривает заявление и в случае его удовлетворения выносит определение, в котором указывает на конкретные принятые меры. На основании определения судья выдает истцу исполнительный лист и направляет ответчику копию определения, которое может быть обжаловано.

Это означает, что законодатель в целом довольно четко регулирует основания, по которым возможно принятие обеспечительных мер. А вот что касается отмены мер по обеспечению иска, то здесь возникает ряд вопросов.

В частности, отсутствует легализованный перечень оснований, при наличии которых возможна отмена обеспечительных мер. На это уже обращалось внимание в юридической литературе. Так, Т.Б. Юсупов указывает, что “отмена вида обеспечения должна допускаться только в связи с появлением обстоятельств, свидетельствующих о процессуальных или имеющих материально-правовое значение изменениях”. На самом деле, если изменения возникли и они являются к тому же существенными (например, изменился на основании судебного решения или в порядке наследования собственник арестованного имущества), далее меры обеспечения сохраняться не могут. Однако законодатель не счел возможным хотя бы указать, как, например, в ст. 115 УПК РФ, на “отпадение надобности” в обеспечительных мерах. Впрочем, данное упущение можно было бы и не рассматривать в качестве существенного недостатка правового регулирования отмены мер по обеспечению иска. В самом деле, мало ли какие обстоятельства могут послужить основанием к отмене мер по обеспечению иска! Жизнь многообразна, и всего предусмотреть в законе невозможно.

Более серьезным представляется следующий недостаток правового регулирования отмены мер по обеспечению иска.

Дело в том, что в некоторых случаях не вполне понятно не только, дает ли характер произошедших изменений основание для отмены обеспечения иска, но непонятно даже, какой суд (судья) должен решить вопрос об отмене обеспечительных мер. При всей четкости приведенной в ч. 1 ст. 144 ГПК РФ формулировки (недавно скорректированной) исчерпывающего ответа на этот вопрос действующее процессуальное законодательство, тем не менее, не дает.

Так, по одному из гражданских дел сложилась следующая ситуация.

В дальнейшем определением судьи дело было передано в другой районный суд для рассмотрения по подсудности по месту нахождения объекта недвижимого имущества (судебная практика начинала расценивать незавершенное строительство как недвижимость, хотя законодательных изменений в редакции ст. 130 ГК РФ на тот период времени еще не произошло). Другой суд принял дело к своему производству и вскоре прекратил производство по делу по мотивам неподведомственности дела судам общей юрисдикции, посчитав его относящимся к компетенции арбитражного суда. При этом вопрос об отмене обеспечительных мер по иску определением судьи разрешен не был.

Читайте так же:  Представитель юридического лица в административном производстве в 2020 году

В последующем организация-инвестор оспорила в другом судебном порядке (через арбитражный суд) законность осуществленных государственных регистраций прав собственности за организацией – первоначальным собственником и ее бывшим директором (на что ушел не один год) и, заключив соглашение с организацией – первоначальным собственником об определении долей в праве собственности, зарегистрировала в УФРС свое право на 50/100 долей в праве общей долевой собственности на незавершенную строительством производственную базу, получив соответствующее свидетельство об этом. Однако при регистрации организация-инвестор узнает, что арест на данный объект недвижимого имущества, наложенный по ее инициативе в порядке обеспечения иска по гражданскому делу в суде общей юрисдикции несколько лет тому назад, продолжает сохраняться.

Возник вопрос: какой суд (судья) должен решить вопрос об отмене обеспечительной меры в виде ареста на объект недвижимости?

Согласно ч. 1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. Это – новая редакция данной статьи, в первоначальном варианте предусматривалось, что такое заявление может подать только ответчик. На сегодняшний день круг лиц, наделенных правом обратиться с заявлением об отмене обеспечительных мер, расширен до всего состава лиц, участвующих в деле, и это правильно. Лицо, участвующее в деле, продолжает оставаться в данном статусе и после завершения производства по делу, поэтому с соответствующим ходатайством об отмене мер обеспечения иска может выйти любая сторона. Но в какой суд в данном случае следует подавать такое заявление? Неужели в тот же суд, который вынес определение о наложении ареста на объект недвижимого имущества? Ведь в ч. 1 ст. 144 ГПК РФ подчеркивается, что обеспечительные меры отменяются тем же судьей или судом. Но в том суде, где было вынесено такое определение, дело больше не находится, и, следовательно, отсутствуют хоть какие-то материалы, которые бы пролили свет на обстоятельства дела.

Очевидно, что обращаться следует в суд, куда было передано гражданское дело и который завершил по нему производство. Ведь при таком положении дела есть все основания говорить о судебном правопреемстве, т.е. о правопреемстве судов, которое возникает в случае передачи дела из одного суда в другой суд. Если в теории процессуального права и судебной практике уже обозначился вопрос о правосубъектности судов, то, совершенно очевидно, можно сделать и следующий шаг – об их правопреемстве. В юридической литературе данный аспект взаимоотношений судов почему-то остается без внимания, хотя отдельные вопросы, косвенно связанные с обозначенной проблемой, например процессуальные аспекты взаимодействия арбитражных и третейских судов, гражданские процессуальные правоотношения между судами нижестоящих и вышестоящих инстанций, подвергались рассмотрению. Не нашел отражения данный аспект и в исследованиях, специально посвященных обеспечительным мерам в гражданском и арбитражном процессе, в исполнительном производстве.

Представляется, здесь вполне можно говорить о гражданском процессуальном правопреемстве, под которым в теории процессуального права принято понимать замену стороны или третьего лица правопреемником в случае их выбытия в спорном или установленном судом правоотношении. Правда, в данном случае процессуальное правопреемство особого рода – оно возникает непосредственно в гражданских процессуальных правоотношениях, причем сразу во всех, какие только сложились по делу к моменту передачи дела в другой суд, поскольку речь идет о замене суда. В таком правопреемстве не играет никакой роли то материальное правоотношение, из которого возник спор.

Так что здесь нет прямой связи с правопреемством в материальном праве, на котором базируются другие виды процессуального правопреемства. Вместе с тем все действия, совершенные судом-правопредшественником, передавшим дело в другой суд, до принятия судом-правопреемником гражданского дела к своему производству, являются для другого суда обязательными так же, как если бы он их совершил сам. Именно такой подход диктуется логикой взаимоотношений суда передающего и суда принимающего гражданское дело к своему производству.

Конечно, правовое регулирование правопреемства суда как участника гражданского процессуального правоотношения является необходимым, и законодатель непременно должен обратить внимание на данный пробел, ведь он тесно связан с возможным нарушением и, напротив, с обеспечением прав граждан на рассмотрение дела тем судом, к подсудности которого оно отнесено законом (ч. 1 ст. 47 Конституции РФ).

Учитывая судебное правопреемство, вытекающее из ст. 33 ГПК РФ, суд, принявший дело к производству, обязан разрешать все вопросы по гражданскому делу, которые могут возникнуть в будущем после передачи-принятия дела к производству другого суда, в том числе связанные с обеспечительными мерами.

Возвращаясь к упомянутому делу, следует сказать, что, поскольку своевременно вопрос о снятии ареста не был урегулирован ни в определении суда о передаче дела в другой суд, ни в определении судьи суда, прекратившего производство по делу, организация-инвестор обратилась с заявлением в суд, прекративший производство по делу, в архиве которого хранится гражданское дело, об отмене ареста. Однако в ходе рассмотрения ее заявления выяснилось, что, оказывается, суд-правопредшественник спустя полгода после передачи им дела в другой суд по заявлению бывшего директора вынес определение об отмене обеспечения иска и снятии ареста, которое в материалах гражданского дела отсутствовало, а хранилось отдельно в судебном архиве суда-правопредшественника за тот год, в котором оно было вынесено. Очевидно, стоило больших усилий разыскать данный материал, поскольку на непосредственные обращения истца суд давал ответ, что дело передано в другой суд, туда и обращайтесь.

Учитывая данное обстоятельство, суд-правопреемник, воспользовавшись аналогией процессуального закона (ст. 220 ГПК РФ), вынес определение о прекращении производства по заявлению об отмене ареста. Ситуация со снятием ареста разрешилась. Но совершенно ясно же, что в данном случае суд-правопредшественник, не имея уже дела в производстве, тем не менее, посчитал себя связанным предписанием законодателя о том, что “обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом” (ст. 144 ГПК). Действительно, иного толкования, кроме как “отменяет решение об обеспечении иска тот же суд, который наделен правом принятия мер обеспечения иска”, достаточно распространенного среди юристов и поддержанного высшими судебными инстанциями, дать в данном случае невозможно. По этой причине приведенное положение нуждается в корректировке и должно быть дополнено указанием на возможность отмены обеспечения иска также судом, в который передано дело и который оканчивает производство по делу. Только при таком подходе законодателя будет исключено дублирование судебной деятельности, и институт судебного правопреемства будет работать в полную силу.

Читайте так же:  Основными формами административной ответственности являются в 2020 году

участвующего в деле, может быть отменено арбитражным судом, рассматривающим дело. Однако данную формулировку нельзя признать удачной и рекомендовать ее для заимствования в ГПК РФ, поскольку она не охватывает всех возможных ситуаций, в том числе в отношении, например, хранящегося в архиве арбитражного суда дела, по которому своевременно вопрос об отмене мер обеспечения иска не был решен.

ВС объяснил, почему возможен арест «будущих» денег

Экономколлегия Верховного суда объяснила, чем руководствовалась, когда отправила на новое рассмотрение спор между «Росэнергобанком» и «Альфа-банком» по поводу ареста денежных средств, которые поступили на счет должника только в будущем. Нижестоящие инстанции сочли, что для этого было необходимо специальное указание в исполнительном листе. Тройка ВС с этим не согласилась, а кроме того, уличила суды в «некорректном» применении постановления ВАС.

18 июля 2013 года судья Басманного районного суда Оксана Курносова наложила арест в пределах 7,8 млн руб. на денежные средства компании ООО «Лтех», находящиеся на счетах в ОАО «Альфа-банк», и выдала при этом 22 июля исполнительный лист. Сделала она это в качестве обеспечительной меры в рамках рассмотрения дела по иску КБ «Росэнергобанк» (РЭБ) о взыскании с «Лтех» задолженности по договору об открытии аккредитива с постфинансированием. В итоге 17 октября иск судья удовлетворила, и 10 октября РЭБ предъявил исполнительный лист в «Альфа-банк». Последний требование исполнил сразу, но лишь частично: из-за недостаточности средств на счетах «Лтех» арестовать он смог лишь 42 копейки. Расходные операции при этом он не прекратил и 11 июля возвратил лист взыскателю с отметкой о частичном исполнении.

Впрочем, спустя некоторое время деньги (7,1 млн руб.) на счетах «Лтех» все же появились. И 22 октября 2013 года «Альфа-банк» списал их уже в счет погашения задолженности «Лтех» перед самим собой. РЭБ такие действия кредитной организации возмутили, и он обратился с иском к «Альфа-банку» в Арбитражный суд г. Москвы (дело № А40-162482/2013). Там он просил признать незаконными возврат исполнительного листа и отказ арестовать впоследствии появившиеся на счетах должника деньги. Кроме того, РЭБ требовал обязать «Альфа-банк» восстановить списанные им же со счетов 7,1 млн руб. В обоснование этого истец ссылался на ч. 2 ст. 27 закона «О банках и банковской деятельности» («кредитная организация обязана незамедлительно после получения решения о наложении ареста прекратить расходные операции по счетам должника») и на ст. 81 закона «Об исполнительном производстве», в которой установлена обязанность банка приостановить операции, если на счетах должника недостаточно денег.

Однако суд в требованиях РЭБ отказал, и такое решение поддержали апелляционная коллегия 9-го ААС и кассационная АС Московского округа. Судьи пришли к выводу, что действия «Альфа-банка» были законными и обоснованными. По их мнению, наложение ареста на поступающие в будущем на счет должника деньги возможно только при наличии прямого указания об этом в исполнительном листе, но в листе от 22 июля такой оговорки не было. При этом руководствовались судьи буквальным толкованием пунктов 15, 16 постановления Пленума ВАС № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер» от 12 октября 2006 года, которые гласят: «При рассмотрении заявления о применении обеспечительных мер в виде наложения ареста на денежные средства, принадлежащие ответчику, необходимо иметь в виду, что арест налагается на имеющиеся на его банковских счетах средства . Суд вправе также наложить арест на средства, которые поступят на счета ответчика в будущем в пределах суммы требований». Ссылку же РЭБ на ст. 81 закона «Об исполнительном производстве» судьи отклонили. Она в данном споре вообще не может применяться, сочли они, так как «регулирует вопросы наложения ареста на денежные средства судебным приставом-исполнителем, в то время как в настоящем споре исполнительный лист был предъявлен взыскателем».

Тогда РЭБ обратился с кассационной жалобой в Верховный суд, и экономколлегия (Марина Пронина, Наталья Павлова и Анатолий Першутов) решила, что в деле надо разобраться получше. 26 мая этого года она все акты нижестоящих инстанций отменила, а дело направила на новое рассмотрение (подробнее>>).

Свою позицию по этому поводу судьи ВС объяснили в опубликованном накануне определении. Во-первых, указывали они, нижестоящие инстанции не учли, что исполнительный документ об аресте денежных средств может быть направлен в банк или иную кредитную организацию непосредственно взыскателем (ч. 1 ст. 8 закона «Об исполнительном производстве»). «Таким образом, взыскатель имеет право выбора органа, который будет осуществлять исполнение в тех случаях, когда возможность исполнения, минуя службу судебных приставов, предусмотрена законом», – говорится в определении.

Также, по мнению экономколлегии, суды необоснованно не применили ст. 81 Закона об исполнительном производстве и ст. 27 закона «О банках и банковской деятельности», на которые ссылался РЭБ. «В соответствии с приведенными нормами права специальных указаний в исполнительном листе о возможности наложения ареста на будущие денежные средства не требуется, – разъяснила тройка. – До отмены ареста у банка отсутствуют основания для проведения каких-либо операций по счету в пределах арестованной суммы».

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Указали отдельно судьи ВС и на то, что действующее законодательство не предусматривает такого основания для возврата исполнительного листа банком, как отсутствие у должника денежных средств на счетах в момент предъявления исполнительного листа к взысканию. Согласно третьей главе положения ЦБ № 285-П от 10 апреля 2006 года таких оснований всего два – отзыв листа самим взыскателем, а также если взыскание денежных средств по исполнительному документу произведено или прекращено в случаях, предусмотренных законодательством.

Ссылка же судов на постановления Пленума ВАС № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер», по мнению «тройки», вообще «некорректна», «поскольку исполнительный лист выдан судом общей юрисдикции. «Положения закона «Об исполнительном производстве», касающиеся порядка исполнения исполнительных документов об обращении взыскания на денежные средства должны применяться и в отношении исполнительных документов о наложении ареста на денежные средства, находящиеся на счетах должника в банке, – подытожили судьи ВС. – Поскольку в противном случае возможность реального обеспечения интересов взыскателя, в пользу которого приняты обеспечительные меры, поставлена в зависимость от того, имеются или не имеются на счете должника денежные средства на дату поступления в банк исполнительного документа».

Отмена обеспечительных мер в исполнительном производстве в 2020 году
Оценка 5 проголосовавших: 1

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here